5a4fc811

Арсеньева Елена - Невеста Императора


НЕВЕСТА ИМПЕРАТОРА
Елена АРСЕНЬЕВА
Анонс
Блистательное будущее уготовил своей дочери Марии светлейший могущественный князь Меншиков: вот-вот будет сыграна ее свадьба с императором Петром II. Но вмешались давние враги выскочки Алексашки, родовитые Долгоруковы - и он низвергнут с высот власти в бездны страдания, забвения, а вместе с ним - и вся семья, и дочь.
И никому не может прийти в голову, что "невеста императора" может только радоваться столь трагическому повороту своей судьбы, ибо сердце ее отдано Федору Долгорукову, тайною женою которого она стала...
Сильна, как смерть, любовь...
Песнь Песней
Часть I
ГОСУДАРЕВА НЕВЕСТА
Пролог
- Благословите вести молодых почивать! - выкрикнул дружка, озорно выкатывая хмельные глаза. - Ох, нет - везти! Благословите везти молодых почивать!
- Благослови бог! - раздраженно махнул рукою Алексей Григорьич Долгоруков, посаженый женихов отец. - Вези, чего уж!
Князь Федор неприметно перевел дыхание. Это было единственное, что он смог выторговать для себя на свадьбе, которую Долгоруковы положили справить непременно широко, по-старинному, по-царски, со всем обрядовым русским размахом. Уже и чарку топтали ногами, и бесконечно играли сурны и бубны, и невеста целовала жениховы сапоги в знак рабской покорности, а потом не то притворно, не то искренне плакала в знак разлуки с родными и страха перед новой жизнью...
У Федора сосало под ложечкой: то ли от нетерпения, то ли от волнения, то ли от голода: оба они, жених с невестою, ничего не ели, хотя перед ними и ставили кушанья одно за другим. Федору вдруг вспомнилось, как о прошлое лето в Париже шел он по мосту Пон-Неф и остановился, любуясь белым призраком Нотр-Дам, и вдруг приблизился с поклонами запыхавшийся юноша и, запинаясь от волнения, нижайше попросил его сделаться шафером при венчании, которое и свершилось четверть часа спустя в боковом приделе собора: без притворных слез, без нескромных взоров, без громкой оценки приданого невесты и обсуждения причуд жениха, который непременно пожелал провести ночь в своем доме, хотя скручивание и пир прошли у приемного отца, а стало быть, здесь же следовало молодым почивать. Нет, брачное ложе было устроено в полузаброшенном, лишь частью отремонтированном особняке почти на окраине, на Фонтанке , где молодые будут вовсе одни, избавленные от докучливых советов, от вопросов через дверь в разгар ночи: "В добром ли здоровье жених?", от громогласных воплей - мол, "доброе" меж новобрачных свершилось...
Еще слава богу, что государь Петр, и государева сестрица, и тетка государева, царевна Елизавета Петровна, почтили только церковное венчание, а не сам пир.
Молодой царь не прочь был повеселиться подольше, но Елизавета, конечно, его отговорила: она так и не простила Федора, а потому не упускала случая уколоть .его.., любопытно, что скажет он наутро? Федор с трудом удержал судорожную зевоту: да когда же все завершится?!
Но все, окончено пированье, окончена публичная пытка: дружка, фаворит императорский, Иван Долгоруков, статный, светловолосый, обернул скатертью жареную курицу и, красуясь под ласковыми женскими взглядами, пошел в сени, а за ним нетвердо двинулись смертельно усталые молодые.
- Гляди, не наделай глупостей! - послышался встревоженный голос из толпы - голос Василия Лукича Долгорукова, и только жених угадал, к кому были обращены эти слова...
Ну, слава богу, вошли в покои. У изголовья широкой кровати с шелковым пологом и впрямь стояли кади с пшеницею, куда дружка нетвердою рукою воткнул свечу и потянулся к я



Содержание  Назад