5a4fc811

Арсеньева Елена - Женщины Для Вдохновенья 07 (Мария Протасова)


РОМАН В СТИХАХ И ПИСЬМАХ О НЕВОЗМОЖНОМ СЧАСТЬЕ
МАРИЯ ПРОТАСОВА - ВАСИЛИЙ ЖУКОВСКИЙ
Елена АРСЕНЬЕВА
Анонс
Быть музой поэта или писателя... Что это - удачная возможность увековечить свое имя, счастье любить талантливого человека и быть всегда рядом с ним, или... тяжелая доля женщины, вынужденной видеть, из какого сора растут цветы великих произведений?.. О судьбах Екатерины Сушковой - музы Лермонтова, Полины Виардо - возлюбленной Тургенева, и Любови Андреевой-Дельмас, что была Прекрасной Дамой для Блока, читайте в исторических новеллах Елены Арсеньевой...
Это жестоко, сестра! Маша и я... мы предназначены друг для друга!
- Даже говорить такое - кощунство! Как это - предназначены? Вы родня. Ты дядя, она племянница. Это кровосмешение! Это грех, грех! Маша должна выйти замуж за Мойера, а ты, Василий, иди своей дорогой, не смущай ее сердца. Не впервые тебе это говорю и еще хоть сто раз повторю - оставь мою дочь в покое!
Катя, сестра, ты губишь две жизни, и мою, и Машину. Упрямства твоего не постигаю! Ты словно не слышишь меня! Патриарх, сам патриарх Филарет убежден, что в нашем браке не будет греха. Мало что мы с тобой сводные брат и сестра по отцу лишь, а не по матери, так ведь я даже имя другое ношу. Ты - Бунина урожденная, я - Жуковский, ты - Афанасьевна, я - Андреевич. Люди и знать не знают, что мы с тобой от одного отца рождены.
- Патриарх? Что мне патриарх! Он на твоей стороне? Я стыжусь за него! Люди? Да что мне люди! Довольно того, что я знаю: мы с тобой одного семени. Довольно этого! И поди прочь, Василий Андреевич, не надрывай мне душу. Это не я тебя не слышу - ты сам не слышишь доводов разума, пристойности и веры. Маша не выйдет за тебя - вот мое последнее слово!
Жуковский, сверкнув исподлобья черными глазами, вышел вон, тяжело хлопнув дверью. Катерина Афанасьевна так же исподлобья, мрачно, глядела ему вслед. Вот теперь точно было видно, что они брат и сестра, потому что именно так смотрел, бывало, озлясь, помещик Афанасий Бунин, их отец.
Ишь, разошелся, яростно подумала Катерина Афанасьевна. Да пусть спасибо скажет, что она жалеет его, не приводит еще одного, самого весомого довода в противность этого брака! Василий, конечно, сделался человеком образованным, тонким, даже прославился своими поэтическими способностями, ему пророчат блестящее будущее, а все едино: нанять его учителем к своим дочерям Катерина Афанасьевна считала возможным и приличным, но выдать Машу за родственника, да вдобавок незаконнорожденного... за выблядка, по-русски говоря... Да никогда в жизни! Ни-ког-да!
***
В 1770-1771 годах русские ходили против турок, и ходили весьма успешно. Мещане города Белева, что в Тульской губернии, и крестьяне окрестных сел ездили за нашей армией маркитантами. Один из мужиков села Мищенского начал просить своего барина, Афанасия Ивановича Бунина, также отпустить его в маркитанты.
- Ну иди, бог с тобой, - сказал барин, который как раз пребывал в благодушном настроении. - А с войны привези мне какую ни на есть пригоженькую турчанку. Моя старуха мне уже опостылела, да и сварлива стала - спасу нет!
Упомянутая «старуха» к тому времени уже успела родить своему господину и повелителю одиннадцать деток, из которых лишь один был мальчик. Девочки не больно-то заживались на свете, и у помещика Бунина, и его жены Марьи Григорьевны, урожденной Безобразовой, вскоре осталось в живых только четыре дочери и сын. Небось начнешь сварливиться от таких житейских передряг, небось постареешь! Однако сам Афанасий Иванович стареть нипочем не же


Назад