5a4fc811

Арсеньева Елена - Преступления Страсти-Коварство 04 (Мария-Луиза)



ЕЛЕНА АРСЕНЬЕВА
ЗАБЫТЫЙ ИМПЕРАТОР (МАРИЯ-ЛУИЗА – НАПОЛЕОН) (КОВАРСТВО)
– Ваше высочество...
– Вы забываетесь, мадам Биньоль!
– Прошу прощения, ваше высочество, я должна вас...
– Опять?! Я императрица! Вы должны титуловать меня – ваше величество!
– Ах, мадам... Прошу извинить меня, извинить великодушно, но по мне, так лучше именоваться высочеством и оставаться дочерью такого человека, как ваш батюшка император Франц, чем носить титул величества – и хранить верность этому ужасному существу, с которым вы имеете несчастье быть обвенчанной.
– Существу? Как вы смеете! Я люблю его. Я давала клятву быть ему верной женой.
– Он тоже давал клятву быть вам верным мужем.
– И что вы этим хотите сказать?!
– Ах, моя бедная девочка... простите, ваше высо... ваше величество. Разве вы не помните, что рассказывали слуги из Фонтенбло, бывшие свидетелями альковных забав вашего супруга? Прикажите, я позову их – и они подтвердят каждое свое слово под присягой.

Да он изменил вам столько раз, сколько... сколько... Да бессчетное число раз!
– Довольно! Мне надоело это слышать! Выйдите отсюда, мадам Биньоль, я больше не хочу вас видеть!
– Я должна вам повиноваться, ваше высочество, но умоляю, прислушайтесь к моим словам, вы напрасно отказываете себе в невинных радостях пло...
– Во-он!!!
Субтильная мадам Биньоль была особой юркой и проворной – только это и спасло ее от подушки, летящей ей прямо в голову. А женщина, с которой она говорила, заперев дверь на задвижку, рухнула на кровать и зарыдала, в ярости ударяя кулаками в перину.
Невинные радости плоти, о которых упоминала коварная мадам Биньоль, были безумно желанны для молодой женщины, которая за четыре года своего супружества привыкла к самой что ни на есть изощренной и интенсивной интимной жизни. Лишенная этих самых радостей, она жестоко страдала, мучилась ночами, злилась днями, но не могла пересилить в себе любви и верности тому, кто приобщил ее к незваным радостям. Она любила своего мужа, хотя из блистательного императора он превратился теперь в опозоренного и всеми проклинаемого изгоя, в пленника тех стран, воевать с которыми отправился с такой помпой и потерпел такое сокрушительное поражение.
Армия бросила его... союзники предали... народ восстал против него... Неужели она, его жена, изменит и предаст лишь потому, что внутри ее слабой женской сути горит неутихающий огонь похоти? А между тем, говорят, он свой огонь готов погасить с первой попавшейся шлюхой...

Она зарыдала, уткнувшись в пышную перину, но уличный шум заставил ее приподнять голову и прислушаться.
За окном творилась что-то странное. Звуки, которые доносились с улицы... Что за странные звуки?
Молодая женщина, как завороженная, поднялась с постели и подошла к окну.
Мадам Биньоль, которая подслушивала под дверью, услышала скрип паркета под ее шагами и злорадно усмехнулась. Кажется, дело скоро будет сделано...
Знаменитый историк Фредерик Масон называл мадам Биньоль одной из самых искушенных в политике женщин своего времени и к тому же известной куртизанкой. «Ей были неведомы ни угрызения совести, ни сомнения, ни чувство признательности. В юности она вела довольно легкомысленный образ жизни, уподобляясь не отличающимся строгими нравами итальянкам.

До сих пор без интриг она не мыслит себе жизни и, когда ей случается стать участницей какой-нибудь дипломатической авантюры, чувствует себя в своей стихии. Все время находясь при дворе, она была не из тех, кто уступает свои позиции и ретируется».
Мадам Биньоль некогда была любовницей зна



Назад